Севастополь, ул. Ленина, 51 Россия
+7 (8692) 544-733 +7 (8692) 544-537
Центральная городская библиотека им. Л.Н. Толстого

Фатум поэта

Личность поэта можно познать, вчитываясь в его произведения. Видим, слышим Николая Тарасенко, обратившись к его поэтическим строкам:

Как одинокий злак в цветах прогалин
Я защищён неброскостью своей.
Всё это значит – быт мой минимален,
Врагов не множит, не манит гостей…

Известный в родном Севастополе поэт ушёл в Вечность в 2017 году. Будь он сегодня среди нас, мы бы от души поздравили его с грядущим нынче столетием. По поводу приближающегося векового юбилея Николая Фёдоровича Татьяна Олеговна Пчелина, заведующая библиотекой-филиалом № 30 ГБУК г. Севастополя «ЦБС для взрослых» собрала любителей художественного слова.

В вышедшем в 1940 году Альманахе «Литературный Крым» появилась первая подборка стихотворений Николая Тарасенко: «У моря», «Зимой в Алуште», «Солнечный луч», «Неповторимая»… В течение долгой творческой жизни он сохранял верность лирике. Но, случалось, звучание поэтической лиры менялось.

Так, дебют на ниве литературы его наступит в дни, когда юноша щеголял уже в форме курсанта военного училища береговой обороны имени ВЛКСМ Украины. Менее, чем через год вспыхнула Великая Отечественная война.

В Севастополе немецко-фашистских захватчиков ожидали с моря. Они же на базу Черноморского флота двинули с севера полуострова. На выручку торопилась отличившаяся в ходе первой героической обороны Одессы прославленная Отдельная Приморская армия. В этих условиях, без преувеличения, был дорог каждый час.

Остановить врага на дальних подступах в район станции Сирень был выдвинут сформированный в условия дефицита времени Курсантский батальон. Испытывался недостаток не только во времени, но и в старых-престарых винтовках, сапёрных лопатках.

У наших винтовка, у тех, кто напал – автомат…
О, первая наглая очередь в наших ребят.
…Был только что рядом. Надолго залёг.
Насовсем.

Батальон держал оборону не часы, а дни. Они потребовались для того, чтобы у Севастополя заняли окопы воины-приморцы. Туда откатились и оставшиеся в живых бойцы Курсантского батальона. В середине февраля 1942 года 144 из первоначального их состава в 1100 с небольшим человек были отправлены на «Большую землю» доучиваться. Восемь, как первоначально считалось, дошли до Берлина.

Однако стоит бросить взгляд на судьбу курсанта Николая Тарасенко. У Сирени его в числе других пленили. Тёмной ночью он, на удачу, оставил двигавшийся строй. Где-то, опять же на удачу, преодолел минное поле. Так он оказался дома, в Ялте. В 1944 году с приходом в город наших случилась повторная мобилизация.

Был жизни рад, хоть путь тяжел,
Особой не явил отваги,
Но до Берлина всё ж дошёл
И расписался на Рейхстаге.

В одном из своих произведений Николай Фёдорович обращается к восьми участникам взятия Берлина со словами: «Добавьте и меня, братцы, неучтённым девятым».

В долгое послевоенное время Николай Фёдорович не раз возвращался к теме войны. В частности, им написана поэма «Отвлекающие десанты». За повесть «Капризы Фатума» ему присуждена городская литературная премия имени Л. Н. Толстого.

Слово «фатум» не случайно в названии знаковой в творчестве Николая Тарасенко повести. Фатум – это судьба, рок, неизбежность. «Модель Фатума выглядит как песочные часы, - писал Николай Фёдорович, - песчинки, атомы жизни, сыплются из Будущего верхнего конуса в нижний, в Прошлое. И только временный миг: узкая перемычка между конусами есть Настоящее: едва успев выпростаться из Будущего, оно тут же оказывается Прошлым. Будущее и есть Фатум».

Дело случая считал поэт и праздник его поступления в военное училище, дело случая – бои у Сирени, дело случая – его пленение, дело случая – дарованная свобода.

Фатум нависал и над литературной судьбой поэта и прозаика. Разве не судьба, не рок – встреча в 1931 году двенадцатилетнего Коли Тарасенко в примыкавшем к Старому Крыму лесу с Александром Грином? Под впечатлением произведений Купера, Рида, Сетома-Томпсона непоседливый мальчуган был вооружён луком и стрелами. Лук и стрелы имел и сидевший у костра мрачный с виду мужчина. В голодные годы писатель с луком охотился на ворон для скудного своего пропитания. Александр Грин, а это был он, что-то буркнул встретившемуся ему мальчугану, что-то об оснащении стрел наиболее подходящими наконечниками и о натяжении тетивы.

Тема жизни Грина стала одной из самых заметных в творчестве Николая Тарасенко. В конце 60-х – начале 70-х он на несколько лет осел в Старом Крыму, чтобы писать и переписывать книги об Александре Грине. С ним он не расстался, переселившись свыше четверти века назад в Севастополь. В городе своей молодости Николай Фёдорович однажды предпринял вылазку в то время ещё охраняющуюся тюрьму на нынешней площади Восставших. Писателю было важно взглянуть на камеру, в которой пару лет томился автор будущих «Алых парусов» как пропагандист идей революции.

Это был стиль жизни Николая Фёдоровича, жить там, где получили развитие событий его произведения. В Севастополе он работал не только над очередной версией жизнеописания Александра Грина, но и над повестями и стихотворениями об античном Херсонесе, над уже упомянутой повестью «Капризы Фатума». Её он углублял, расширял, наполнял содержание новыми образами и фактами. Вышедший в 2013 году роман «Не вынутый осколок» - последняя версия «Капризов Фатума» Николая Тарасенко.

В Курсантском батальоне, как бы не в Севастополе, поэт и прозаик дождался наконец публикации поэмы «Через тернии к звёздам» - о теоретике космонавтики Кондратюке (Шаргее). Путь к читателям это произведение ожидало около трёх десятков лет. Герой не тот - белый офицер. Но ему в родном отечестве уже и музеи открыли, о нём уже научные статьи пошли, а поэма всё ещё ждала своего часа. Её изъяли из плана «толстого» журнала «Сибирские огни» и вышедший в московском издательстве «Молодая гвардия» поэтический сборник вышел тощим, без неё.

В советскую пору был рекомендован в Союз писателей собратьями первого ряда Николаем Асеевым, Борисом Слуцким и Василием Фёдоровым. Сам Николай Фёдорович был в числе тех собратьев по перу, которые устраивали литературную судьбу молодого ещё Андрея Вознесенского.

Наш Николай Тарасенко выпустил более двух десятков книг поэзии и прозы. Один из них открывает стихотворение «Читайте поэта подряд». Стоит привести его заключительные строки:

Читайте поэта подряд,
Не то вы поэта пропустите.

В объявленный день встречи по телевидению показывали серию передач о знаменитости эстрады, в очередной раз небо заволокло плотными дождевыми облаками… Но люди предпочли всё-таки библиотеку. В её читальный зал пришлось доносить стулья.

О поэте и прозаике собравшимся рассказал журналист А. Г. Калько. В течение последней четверти века он находился с Николаем Фёдоровичем в тесном общении. Одна из книг, представленная на оформленной выставке снабжена автографом поэта. Своим изумительным почерком он назвал себя истинным другом Александра Григорьевича.

В Любимовку приглашался живущий в Симферополе сын поэта, член Союза писателей России Дмитрий Тарасенко. На электронную почту библиотеки он сбросил запись песен, написанных Стасом Тарасенко, внуком на любимые стихи деда. Была также показана видеозапись с голосом Николая Фёдоровича. Как бы из первых уст люди беседовали с юбиляром на прелюбопытнейшую философскую тему. Это усилило впечатление: воин и поэт Николай Тарасенко – с нами.

А. Чепик,
читатель библиотеки пос. Любимовка

 

    Добавить отзыв

    Пожалуйста, введите комментарий.
    Пожалуйста, укажите имя.
    Captcha Image равно