Севастополь, ул. Ленина, 51 Россия
+7 (8692) 544-733544-537

Закат императора

Пьер Карден – великий кутюрье, революционер и дипломат.

Я – единственный в мире по-настоящему свободный человек мира моды, – говорил он. – Все мои коллеги давным-давно передали свои бренды в чужие руки, а я всегда оставался Пьером Карденом от А до Z». Он создал империю, над которой никогда не заходило солнце: 500 фабрик, 800 торговых лицензий – от чая до мебели – и почти 200 тысяч сотрудников на всех континентах.

«Литературная газета» опубликовала последнее интервью великого кутюрье, которого во Франции по праву «императором моды»

Не пришла ли пора, месье Карден, отложить в сторону эскизы, выкройки и лекала и сесть за мемуары?

– И не собираюсь. У меня слишком много других, более важных дел. Я живу только будущим.

Тем не менее недавно о вашем прошлом сняли фильм...

– Я был против его создания. Не из-за ложной скромности, нет... Просто не хотел. Впрочем, не подумайте, будто я чёрствый сухарь, пресыщенный фат или сноб какой-то. Напротив – я умею быть отзывчивым и порой слишком быстро поддаюсь уговорам. Мой жизненный принцип: быть добрым к людям. Творя добро, мы – словно пассажиры авиакомпании – набираем «майлз» для скорого полёта в вечность.

В конце войны в модный дом «Пакен» в роли главного творца идей пришёл Кристиан Диор…

– Диор взял меня на самую незначительную должность – раскройщиком, – но очень быстро он почувствовал мой творческий потенциал и, когда начал работать самостоятельно, приблизил к себе. Я месье Диору благодарен. Он не мешал мне расти, развивать мои идеи...

Я был первым, кто объявил: «Долой от-кутюр, роскошь для избранных! Да здравствует прет-а-порте, мода для всех!» К тому же благодаря Диору я попал в мир кино. В 1945 году Жан Кокто принялся снимать «Красавицу и чудовище», и я стал в этой картине, сделавшейся сегодня хрестоматийной классикой, художником по костюмам.

Не хотелось ли вам самому стать актёром?

– Я всегда ощущал себя человеком кино, театра, балета. Зря, что ли, я учился в Париже на актёрских курсах «Симон»? Как художник по костюмам я работал с великими режиссёрами, скажем, с Лукино Висконти. Но сам в кино я снялся лишь один раз. Это было в середине семидесятых. Картина называлась «Жоанна Франческа». Я играл в ней посла Бразилии, и моей партнёршей была Жанна Моро

Однако амбиции мои шли куда дальше изготовления сценических туалетов для певцов и актёров. Я хотел создавать предметы роскоши, доступные для всех. Первая же моя коллекция – так называемые платья-шары – стала в 1953 году оглушительным успехом. А через четыре года меня приняли в Синдикат высокой моды после представления полной коллекции одежды из 120 моделей, оригинальность которой поразила всех.

Да, когда-то я был самым молодым французским кутюрье, а теперь считаюсь патриархом... Истинный успех выражается не в привилегиях, предоставляемых человеку по мере его продвижения по карьерной лестнице, а в народной популярности. Сегодня каждый человек на земле, включая папуасов и эскимосов, непременно имеет у себя что-нибудь с моим брендом.

Путь вашей марки в нашу страну вовсе не был устлан красным ковром.

– В первый раз я побывал в Советском Союзе в 1963-м. Честно говоря, мне давно хотелось понять, что такое «коммунистический рай», о котором столь много говорили и писали мои друзья Луи Арагон, Эльза Триоле, Пабло Пикассо... Но идти в посольство СССР за визой я боялся: чего только не придумают против модного художника эти красные комиссары?! Помогла моя хорошая знакомая знаменитая художница Надя Леже. Уроженка Белоруссии, вдова великого мастера живописи Фернана Леже, она подарила мне входной билет на огромное советское культурное пространство. Надя Леже организовала встречу в Москве с министром культуры СССР Екатериной Фурцевой. После этого рандеву моё пребывание в Москве пошло как по маслу. Но меня поразили мрачность коммунистической столицы, боязнь людей общаться с иностранцами, серость толпы на улицах... Однако такова уж ваша страна, что побывавший в ней хотя бы раз не может не захотеть вернуться туда. Я начал периодически летать в Москву и со временем нашёл в ней много хороших друзей: Майю Плисецкую, Родиона Щедрина, Андрея Вознесенского, Зою Богуславскую, Марка Захарова... Помню, увидел в «Ленкоме» «Юнону и Авось» и вышел из зала весь в слезах. Решил привезти спектакль в Париж.

Я привёз в Париж восемьдесят актёров театра, носящего имя Ленина, и пресыщенная французская публика не отпускала их со сцены!

Задумались о вечном? Уж не в связи ли с этим решили распроститься с созданной вами империей, продать её?

– Я лишь песчинка в этом мире и скоро уйду, несмотря на то что меня, первого кутюрье, принятого в Институт Франции, называют бессмертным. Словно Пигмалион, я создавал десятилетиями женскую красоту, а сам остался без наследника. Я уникален потому, что категорически независим. Но при этом мне некому оставить мир, который я сотворил...

Источник:

Привалов, К. Закат императора. Пьер Карден – великий кутюрье, революционер и дипломат // Литературная газета. – 2021. – 13–19 января. – С. 28–19.